down_right

Ректор

 

Владыка Амвросий, архиепископ Верейский, ректор Московской духовной академии так и не избыл в себе, пожалуй, простоты. Чины его не вознесли. Зрячая душа внимает Богу.

Ему больше пасторской работы хочется, но не отпускает ни на шаг судьба. Возможно, потому, чтобы у своих учеников он бережно хранился в долгой памяти, ведь в жизни у него были настоящие учителя, которых сам он вспоминает до сих пор.

 

2019 02 26 11 45 56

 

Вы родились в 1970 году, в Курской области, в глубинке. Храмов, как мне представляется, в то время не было на много верст вокруг. Как же вы нашли дорогу к Богу?

— Вам представляется правильно. В Железногорске, где мы жили с мамой, не было ни одного храма. Город был молодой, его построили в советское время, уже после войны.

Мама никогда не отрицала веру, но она не была церковным человеком. Мое церковное воспитание было связано с бабушками. Я к ним в деревню приезжал ребенком.

В войну мама осталась сиротой и ее на воспитание взяла дальняя родственница. Она тоже потеряла близких и жила со своей сестрой, монахиней Апполинарией, которая 30 лет провела в монастыре, а когда монастырь закрыли, уехала, по благословению старцев, к себе на родину, в Курскую область, в деревню Лужки.

Монахиню Апполинарию я никогда не видел, бабушку, которая воспитывала маму, помню очень плохо, она умерла, когда мне было четыре года, и в большей степени, наверно, оказала на меня влияние ее племянница, бабушка Ксения Дмитриевна Коленкова. Я видел, как она молилась, у нее не было молитвослова, не было последования, она молилась своими словами, но так, как мы подчас не молимся по церковному последованию. Молилась от всего сердца, очень искренне, она просто разговаривала с Богом, верила, что Бог все слышит и находится с ней рядом.

Она учила вас молиться?

— Она меня молитвам не учила и не заставляла ходить в храм. Меня, наоборот, просили в церковь не ходить. Всегда предостерегали. Мы жили в такое время. Даже мама иногда просила не ходить, она боялась потерять работу.

Ваша мама живая!

— Да, ей 78 лет.

Как ее зовут?

— Антонина Яковлевна.

У Антона Павловича Чехова есть рассказ "Архиерей". Там у старушки сын стал епископом, и она очень робела, обращалась к нему на "вы". Архиерей, конечно, тяготился этим. У вас так не происходит? Как к вам мама обращается?

— Господи, также обращается, как всегда, "сынок", как в обычной семье. Она сейчас живёт у меня здесь, в Академии, в моих ректорских покоях.

Московскую духовную академию вы окончили почти 20 лет назад. Что чувствует человек, когда возглавляет учебное заведение, в котором сам учился?

— Узнаю в студентах своих одноклассников. Понимаю, это не они, это дети моих одноклассников, дети тех, кто был немного старше или младше, но все равно теряюсь, будто происходит что-то вроде сбоя в памяти. Мне кажется, что это одноклассники, они остались молодыми, а я-то — уже нет. Наверно, если бы меня назначили сюда сразу после окончания учебы или через какое-то короткое время, то я бы чувствовал себя в большей степени воспитанником и студентом. Но я вернулся в МДА через 19 лет, вернулся после десяти лет ректорства в Санкт-Петербургской духовной академии. У меня есть опыт управления, он помогает, хотя, конечно, и мешает вместе с тем. Я всегда говорил, это мое глубочайшее убеждение, что ресурса любого человека, занимающего должность ректора, хватает на два срока. Нужно быть честным и понимать, что два пятилетних срока — это максимум, потом приходит некое замыливание глаз, наступает некая усталость, поэтому, конечно, мне не просто.

Боюсь, владыка ректор, вы один такой. В России должность свою любят занимать пожизненно.

— Мне, конечно, больше пасторской работы хочется, но меня назначили, а у нас не принято просить.

Почему вы приняли монашество?

— Мне представляется, что я уже в четвертом классе думал стать монахом. Мне было 10 или 11 лет, когда я в храме стал прислуживать священнику. Храм находился далеко, и мы вставали в пять утра, добирались до него автобусом, ехать надо было полчаса.

Монашеский постриг принял, когда учился на третьем курсе семинарии. Не находился в поиске, не колебался. Просто понял, если не приму это решение, то остановлюсь в своем развитии.

Можно сравнить кратко Академии в Санкт-Петербурге и в Москве?

— В Петербурге Академия находится в городе, на юру, недалеко от Невского проспекта. В Петербурге ощущается университетская среда. Московская духовная академия почти в три раза больше, находится в патриархальном небольшом городке, удалена от столицы и особенность пребывания здесь в том, что мы находимся в лавре преподобного Сергия.

Сколько в Академии студентов?

— В МДА чуть меньше семисот студентов, это не считая заочников. Учатся нередко люди, у которых уже есть высшее светское образование, даже не одно.

Академия включает бакалавриат, магистратуру и аспирантуру. Помимо этого у нас есть регентская и иконописная программы, по старинке мы их называем школами, хотя это уже давно не так. По иконописной программе учатся три года, но самые перспективные и талантливые остаются ещё на два года, работают в наших мастерских, и за пять лет они становятся очень профессиональными иконописцами.

Пошив формы для студентов Академии осуществляется бесплатно. В течении первых трёх лет они носят брюки и кители черного цвета.

Какой конкурс в МДА?

— Когда я поступал, у нас был конкурс больше четырех человек на место. Сейчас, конечно, конкурс снизился, снизился значительно, поскольку сейчас уже больше тридцати духовных учебных заведений, а тогда было всего три.

Какие у вас изучаются предметы?

— Во- первых, предметы, связанные с богословием, таких предметов несколько: сравнительное богословие, нравственное богословие, догматическое богословие, пасторское богословие.

На кафедре филологии изучают языки, как новые, так и древние, изучают христианскую и светскую литературу. Я, например, преподаю аскетику. Изучаются церковная история и церковное искусство, предметы философские, но не в чистом виде, а, как правило, на стыке с христианским богословием. Например, влияние Платона и неоплатоников на становление христианской мысли.

Отсеивают из Духовной академии?

— Ещё как! За дисциплинарные нарушения, за образ жизни, не соответствующий христианскому призванию. Иногда студенты сами приходят и говорят, что они ошиблись в выборе, и я не нахожу в этом ничего постыдного или плохого. Сухие знания способны принести непоправимый вред.

"Я хочу быть священником" — говорит первокурсник. "Я знаю, что значит быть священником" — утверждает выпускник. А седовласый клирик может вам признаться, что он только начинает быть священником, хотя служит уже много лет.

Выпускники Духовной академии испытывают чувство гордости за альма-матер?

— Московская духовная академия выделилась из недр Славяно-Греко-Латинской Академии, как и Московский государственный университет. В Сергиев Посад, в Свято-Троицкую Сергиеву лавру Академия переехала в 19 веке, тогда священноначалие посчитало, что Академия должна находиться в монастырских стенах, чтобы происходила такая своего рода закваска.

Выпускников духовной академии, наверно, можно найти в любой точке мира. Мы понимаем, что все то, чем можем служить церкви и людям, получили в стенах МДА. Это тот дух, который нам дали наши учителя. Сами они в советское время через многое прошли, но сохранили в себе веру, которая не просто жила в них, она из них лучилась. С ними можно было ни о чем не говорить, просто находиться возле них и чувствовать присутствие святого человека.

Каким должен быть учитель, на ваш взгляд?

— Много лет прошло, но я помню учителей, которых любил в средней школе. Они были прежде всего высоконравственными людьми. И наши ученики будут всю жизнь помнить то, как мы себя с ними вели. Они простят нам наши пробелы в знаниях, нашу неказистость, наши ошибки, но никогда не забудут, если мы были двуличными и неискренними с ними.

Спасибо за беседу.