down_right

Вечная память

 

В прошлом году к четырехсотлетнему юбилею протопопа Аввакума издали книгу: "Град невидимый", куда вошли стихи о "древлем православии". Стихи напоминали свечи в храме, и захотелось бережно поставить их в материал.

Беседа с предстоятелем старообрядцев, митрополитом Московским и всея Руси Корнилием состоялась в январе, в первые дни Нового 2021 года. Это была моя четвертая встреча с владыкой. Она, как и все предыдущие, стала для меня открытием, оставила след в моей душе.

 

image 2

 

obj 0 1603441232 

333478 900

 

– Ваше высокопреосвященство, прошлый год в России был объявлен годом протопопа Аввакума. Помню, как вы собирались чествовать святого, как вы волновались, у вас было много планов. Все ли удалось осуществить?

– Да, 2020 год для нашей Старообрядческой церкви был ознаменован великим событием. Мы могли только мечтать о таком широком почитании и праздновании юбилея нашего святого. Господь дал нам возможность прославить протопопа Аввакума и вместе с ним его сподвижников, ревнителей древнего благочестия.

Мероприятия прошли практически по всей России. Это были выставки старообрядческих художников, встречи в библиотеках, духовные концерты, где звучало знаменное пение, оно было распространено на Руси до церковного раскола. Знаменное пение сравнивали с иконописью: от внимания напеву сердцем и душой овладевают те же чувства, что и при виде иконы древнего письма.

Очень много было встреч по всей России, и кто хотел узнать, тот узнал печальную историю старообрядцев.

На стенах музея Андрея Рублева в Москве память протопопа Аввакума увековечена мемориальной доской. В Пушкинском доме в Санкт-Петербурге проходила конференция, состоялся большой вечер, посвященный нашему святому. "Не ослабевайте душами своими" – под таким названием открылась на Рогожском выставка, она сейчас работает.

– Можно выделить и обозначить вехами какие-то события?

– В юбилейный год, с Божьей помощью, были установлены два монумента. Надо вспомнить с благодарностью и добрым словом меценатов – Вячеслава Васильевича Фомичева и Сергея Сергеевича Кондрашова. В духовном центре на Рогожском установлен часовенный столб по проекту покойного протоиерея Леонтия Пименова. Это монумент высотой порядка 5,5 метров с мозаичным изображением четырех святых: протопопа Аввакума, боярыни Морозовой, святителей Павла Коломенского и Амвросия Белокриницкого.

В городе Боровске, в Калужской области, установлен памятник протопопу Аввакуму. Выполнен из бронзы, высотой 3,7 метра, представляет Аввакума на фоне голгофского креста, – символа страдальческой судьбы.

Боровск прочно связан со старообрядцами. Тут в Пафнутьевом монастыре держали в заточении протопопа Аввакума, тут приняли мученическую смерть боярыня Морозова и ее сестра Урусова. Поэтому не случайно на этой земле воздвигли памятник священномученику Аввакуму. Это в центре города, рядом со старообрядческим храмом, который сейчас восстанавливается, и есть надежда, что до конца 2021 года работы будут завершены. Местная власть принимает деятельное участие, глава Калужской области Владислав Валерьевич Шупша присутствовал на открытии памятника.

– Знаменитый монастырь не вам принадлежит?

– Нет, Боровский Пафнутьев монастырь старообрядцам не принадлежит, но нам обещали прикрепить мемориальную доску в память о протопопе Аввакуме, и мы надеемся, что обещания выполнят.

...Торжественно, с размахом отмечали юбилей в Казани. В Татарстане очень хорошо относятся к старообрядцам. По указу Рустама Нургалиевича Минниханова в Казани появилась улица протопопа Аввакума. Глава республики сам принимал участие в мероприятиях. В Казани восстановлен величавый храм, в цокольном этаже которого работает музей старообрядчества. Это самый большой на сегодняшний день и замечательный музей.

Наконец, нельзя про это умолчать, в честь юбилея протопопа Аввакума выпущены почтовая марка и конверт, на котором изображен памятник протопопу в селе Григорово Нижегородской области. Задел, можно сказать, сделан, задел хороший.

Из крупных мероприятий у нас не состоялся Второй всемирный форум старообрядцев, он должен был пройти в Российской государственной библиотеке. Форум, к сожалению, провести из- за пандемии не удалось. Мы планируем, что после Пасхи, может, в мае, Бог даст, форум проведем, но опять же это будет зависеть от эпидемиологической обстановки, и не только в нашей стране. Поэтому трудно предугадать и точно говорить. Но это знаковое, очень важное событие, безусловно, в планах остаётся. В этом году мы продолжим проводить мероприятия по всей нашей необъятной России, у нас задумок много.

– Ваше высокопреосвященство, спасибо вам большое.

 

Юлия Друнина.

*********

Рукописи не горят...

М. Булгаков.

Словно по воде круги от камня,
По земле расходятся слова,
На бумагу, брошенные нами
В час любви, печали, торжества.

Те слова порой врачуют раны,
Те слова бичуют и корят.
И еще— как это и ни странно–
Рукописи, правда, не горят.

Потому- то сквозь огонь угрюмый
Всем святошам и ханжам назло,
Яростное слово Аввакума
К правнукам из тьмы веков дошло.

 

Ярослав Смеляков.

Из цикла "Один день"

Не тратя времени задаром,
осенним воздухом дыша,
я по дощатым тротуарам
иду с оглядкой, не спеша.

Тут все привычно и знакомо,
все это я видал давно,
машины возле исполкома,
палатки, вывески, кино.

Как вдруг из внешности всегдашней
и повседневности самой—
из леса рубленная башня
явилась крупно предо мной.

Она недвижно простояла,
как летописи говорят,
не то, что много или мало,
а триста с лишним лет подряд.

В ее узилище студеном,
двуперстно осеняя лоб,
ещё тогда, во время оно,
молился ссыльный протопоп.

Его проклятья и печали
в острожной зимней тишине
лишь караульщики слыхали,
под снегом стоя в стороне.

Мятежный пастырь, книжник дикий,
он не умел послушным быть,
и не могли его владыки
ни обломать, ни улестить.

Попытки их не удавались
стоял он твердо на своем,
хотя они над ним старались
и пирогом, и батогом.

В своей истории подробной
другой какой- нибудь народ
полупохожих и подобных
средь прародителей найдет.

Но этот— крест на грязной шее,
в обносках мерзостно худых—
мне и дороже, и роднее
иноязычных, не своих.

Ведь он оставил русской речи
и прямоту, и срамоту,
язык мятежного предтечи,
светившийся, как угль во рту.

 

Варлам Шаламов.

Суриков. "Боярыня Морозова"

Попрощаться с утренней Москвою
Женщина выходит на крыльцо.
Бердыши тюремного конвоя
Отражают хмурое лицо.

И широким знаменьем двуперстым
Осеняет шапки и платки.
Впереди— несчитанные версты
И снега, светлы и глубоки.

Перед ней склоняются иконы,
Люди— перед силой прямоты
Яростно земные бьют поклоны
И рисуют в воздухе кресты.

И над той толпой порабощенной,
Далеко и сказочно видна,
Непрощающей и непрощённой
Покидает торжище она.