Официальный сайт Владимира Смирнова

03 line1

 

down_right

Митяй

Митяй — живчик, и не скажешь, что ему 65 лет. Невысокий, сухощавый, он ведет переписку с заочницами и пока предпочтение не отдал ни одной из них.

Митяй каждый день нетерпеливо ждет, когда доставят письма. В бараке ему не сидится и он топчется в локальной зоне. Из-под коротких брюк фасонисто выглядывают белые носки. Митяй — стиляга на свой лад.

Вместо «здравствуй», так уж повелось, спрашиваю у него: — Ну что, Геннадий Николаич, сколько дней осталось?

— 56 дён. Я шесть раз сидел и ни раз не уходил досрочно.

Митяй полжизни отсидел, но говорит: «Вопрос не в том, сколько отсидел, а как? За мной-то хвостов нету, а они — он кивает неопределенно головой — смотри, что делают… Вместе хлеб ломают, а потом друг друга вкладывают. Один срок отсидеть путем не могут.»

С администрацией колонии Митяй не заедался, наоборот, гнул шапку перед ними, а потом оправдывался: «Это менты, у них нету божеского, им человека убить — раз плюнуть.»

Конверт делает его счастливым. Он радуется как ребенок. Любит пошутить, но сальных разговоров не поддерживает и крапает, знай себе, стишки.

 

Нас не смогут с тобой разлучить

Даже темные силы закона,

И я буду тебя очень крепко любить

Даже там, где запретная зона.

 

Стихи Митяев посылает женщинам.

В последние недели он стал замкнутым, неразговорчивым, избегал других.

На вопрос: «Сколько дней осталось?», раздраженно отвечал: «Да они, считай, не двигаются ни хрена, как было двадцать дней, так и осталось».

Освободился Митяй 19 августа на Яблочный Спас.

А следом за ним из нашего барака ушел на свободу Костя Лисичкин — Костян. Он отсидел тютелька в тютельку одиннадцать лет и освободился по концу срока. Но это уже другая история и другая судьба.

Время не стоит на месте. Время набирает скорость с каждым годом, и чем старше делается человек, тем быстрей оно бежит.

 

Предыдущая глава    |    Следующая глава