Официальный сайт Владимира Смирнова

03 line1

 

down_right

Глава 9

 

За время долгого сидения в тюрьме мне часто попадались на глаза религиозные журналы и в них вкрапливались исповеди зэков, но ни разу, не сойти мне с места, не встречал я кающихся следователей, судей, прокуроров. Тут есть над чем задуматься и о чем поразмышлять.

Локальная зона огорожена забором четырехметровой вышины и поверх намотаны клубы колючей проволоки.

В длину локалка составляет 45 шагов.

Я мерил локалку шагами и помышлял о мести. Взвешивал свои возможности и шансы на успех. Жалел только о том, что на всех меня не хватит. Прокуратуру представлял, как змеиное гнездо, и не терпелось мне прийти к ним среди бела дня и открыть огонь на поражение.

Ярость клокотала у меня в груди, как лава перед извержением вулкана, и сам Везувий был мне сводным братом. Я почти не сомневался, что точку в этой повести поставит пуля, даже где-то вычитал стихи: «Я — стреляю и нет справедливости — справедливее пули моей».

Для борьбы нужно было копить силы и я укреплял здоровье.

В пятьдесят с гаком подтягивался десять раз на турнике и, стоя на руках, вниз головой, отжимался в быстром темпе у стены.

Я не мог дождаться конца срока, а пока – писал. У меня накипело на душе и жалобы были сродни пару, которому надо выйти из котла. Мне, пустившемуся во все тяжкие, не оставалось больше ничего, как послать письмо на имя президента. Я сомневался, что оно уйдет из стен колонии, но через три недели получил ответ.

Сообщаем, что Ваше обращение, поступившее на имя Президента Российской Федерации в целях обеспечения Вашего Конституционного права на обращение в государственные органы, направлено на рассмотрение в Следственный комитет Российской Федерации в соответствии с компетенцией по разрешению поставленных в нем вопросов…

Советник департамента

письменных обращений

граждан и организаций.

А. Дозоров.

Я был в каком-то смысле обнадежен, потчевал себя надеждами, но скоро мне опять пришлось садиться за письмо.

Уважаемый Дмитрий Анатольевич!

Мое первое обращение на Ваше имя было направлено на рассмотрение в Следственный комитет «в соответствии с компетенцией по разрешению поставленных в нем вопросов», как было сказано в ответе из департамента письменных обращений.

Однако, в Следственном комитете сочли, что вопросов, относящихся к компетенции Следственного комитета не имеется, и переслали жалобу в Генеральную прокуратуру.

А дальше все вернулось на круги своя. Из Генеральной прокуратуры за подписью начальника Главного управления О. Т. Анкудинова в колонию пришло письмо: «Прошу объявить Смирнову Владимиру Олеговичу, что его обращение, поступившее из Администрации Президента Российской Федерации, рассмотрено.

Доказанность его вины никаких сомнений не вызывает. Выводы суда относительно того, что убийство совершил именно Смирнов, основаны на вполне достоверной совокупности доказательств. Заявление о фальсификации дела и т.п. голословны…».

Уважаемый Дмитрий Анатольевич!

Действительно, и т.д. и т.п. получается. Я указываю конкретные факты подтасовки доказательств, а прокуратура их не проверяет, и облыжно утверждает, что заявления голословны.

Да побойтесь Бога! Как же голословны, когда одна экспертиза противоречит другой, а описания объектов исследования у экспертов не соответствуют друг другу, что прямо говорит о подмене образцов!

 

На второе обращение я не получил ответа.

 

 

Предыдущая глава    |    Следующая глава